Политологи назвали техническим соглашение о прекращении огня в зоне карабахского конфликта

Новости региона

Заключенное в Москве соглашение о прекращении огня в зоне карабахского конфликта является скорее техническим, говорить об урегулировании ситуации пока рано, считают опрошенные «Кавказским узлом» политологи в Москве, Баку и Ереване. По их словам, между сторонами существуют слишком глубокие противоречия, речь не идет даже о понимании необходимости компромисса.

Как сообщал «Кавказский узел», 10 октября во время встречи в Москве министры иностранных дел Азербайджана и Армении договорились о прекращении огня в зоне карабахского конфликта с 12.00 10 октября. Соглашение о прекращении огня дает шанс на урегулирование эскалации, но не является гарантией полной остановки боевых действий, считают аналитики. При этом стороны неоднократно обвиняли друг друга в нарушении перемирия, продолжающихся боях и обстрелах.

Соглашение о прекращении огня является техническим

Российский политолог и общественный деятель Сергей Марков заявил 12 октября корреспонденту «Кавказского узла», что контроль над соблюдением соглашения о прекращении огня полностью лежит на самих сторонах конфликта.

«Поскольку никакого механизма контроля не создано. И ОБСЕ там нет. Раньше были несколько наблюдателей. Сейчас точно в боевых действиях никто не присутствует. Настолько не присутствуют, что даже общественное мнение затрудняется понять, какова ситуация — кто наступает, а кто отступает. Нет информации. Вся информация от сторон конфликта исходит, а они могут быть заинтересованы (в подаче определенной информации)», — пояснил он.

По мнению Маркова, само по себе соглашение о прекращении огня «техническое». «В то же время все прекрасно понимают, что сейчас еще не наступило время реального перемирия. На самом деле это достаточно техническое перемирие, во время которого стороны, по всей видимости, все-таки попытались обменяться какими-то, возможно, раненными, пленными, телами убитых. И то в малой степени. В частности, Баку утверждает, что Ереван не заинтересован в обмене телами убитых. Поскольку именно азербайджанская армия наступает, вопрос, сколько населенных пунктов занято — это дискутируемый вопрос. Но то, что именно азербайджанская сторона наступает — это все-таки видно. Медленно, но наступает, поэтому тела убитых и азербайджанцев, и армян оказываются на территории контроля Азербайджана. И, вероятно, там огромное количество этих убитых. Если будет обмен, то хлынет поток гробов в армянские города и села. Это может резко изменить политическую ситуацию, поэтому они (власти Армении) не хотят сейчас в реальности заниматься таким обменом», — считает он.

По словам Маркова, будет, по всей видимости, очень недолгая пауза в боевых действиях. «Обе стороны очень верят в свои военные возможности. Армения тогда, 30 лет назад, оказалась сильнее. И она верит, что эта сила у нее осталась. Азербайджан 25 лет очень много вкладывал в восстановление вооруженных сил, и он верит, что стал сильнее и что может военным путем многое сделать. Но пока стороны не поймут, каково же реальное соотношение военных сил, до этой поры они не будут готовы на реальные переговоры. Поэтому не будут готовы на реальное прекращение огня. Оно было такое маленькое гуманитарное с одновременным тактическим перераспределением каких-то войск и так далее», — полагает он.

Поэтому, как отметил политолог, ни о каких параметрах режима прекращения огня говорить не приходиться. «Соглашение просто декларативное такое. Которое было политически важное, потому что обе стороны подтвердили, что формат именно вот в этом составе должен быть, как минская группа ОБСЕ, то есть без Турции. Они подтвердили, что нужно приступить к субстантивным переговорам. Это очень важный термин», — указал Марков.

Он также пояснил, что термин был выдвинут достаточно давно президентом Азербайджана Ильхамом Алиевым, и означает он переговоры по существу. «Дело в том, что Армения многие годы придерживается принципа переговоры ради переговоров. В последнем интервью РБК Никол Пашинян еще раз подтвердил, что вообще-то они садились на переговоры только для того, чтобы не было стрельбы. Они изображали какбудто бы ведут переговоры. Но это совершенно не устраивает Азербайджан, который хочет, чтобы не изображали переговоры, а шли переговоры о компромиссе. Компромисс этот разработан, у него два названия — Мадридские принципы, другой — Казанская формула. Они не противоречат друг другу: Казанская формула базируется на Мадридских принципах и является более детализированной разработкой. Сделано это было по инициативе президента России Дмитрия Медведева 10 лет назад практически. Смысл этой Казанской формулы и Мадридских принципов заключается в том, что происходит большой обмен, каждая из сторон получает то, что ей надо. Азербайджану больше нужны территории, он получает семь районов вокруг Нагорного Карабаха. Армении больше всего нужна экономика и безопасность, поэтому Азербайджан снимает полностью экономическую блокаду и с Армении, и с Нагорного Карабаха. Одновременно Азербайджан гарантирует безопасность несколькими способами. Во-первых, передаваемые районы, которые находятся между Арменией и Нагорным Карабахом, остаются демилитаризованными. Во-вторых, Армения получает два широких коридора между Арменией и территорией Нагорного Карабаха — это Лачинский район на юге и Кельбаджарский район на севере. В-третьих, проводится демилитаризация границы Нагорного Карабаха, и вводятся туда миротворцы как некий гарантийный механизм от невозобновления боевых действий. Вот это хочет получить Баку, а на самом деле не сам Нагорный Карабах», — рассказал политолог.

Читать так же:  Армянские военные отчитались о сбитых азербайджанских беспилотниках

В то же время, как отметил он, Армения до сих пор надеется обменять территории не на снятие экономической блокады и демилитаризацию, а на признание независимости Нагорного Карабаха. «Сейчас это очевидно нереалистичное желание», — указал Марков.

Говоря о субстативных переговорах, он также отметил, что Азербайджан, по сути дела, готов прекратить наступление, если будут гарантии, что в кратчайшие сроки Армения подпишет договор, который на самом деле уже разработали, и передаст эти районы вокруг Нагорного Карабаха. «Я думаю, что даже Пашинян готов подписать. Но он, я думаю, хочет, чтобы его не свергли в результате того, что он это подпишет. Поэтому ему нужны гарантии России, что не свергнут. России зачем, чтобы его не свергли? Она гарантии такие давать не хочет. Она считает, что Пашинян — враг, и если его свергнут, то это хорошо. Тут в критической мере развитие ситуации зависит от России», — уверен политолог.

Он затруднился что-либо сказать о непубличной части соглашения о перемирии. «Во всяком случае о ней не известно», — резюмировал Марков.

Нигде не сказано, как должно контролироваться перемирие 

Российский военный эксперт Александр Гольц также заявил, что слово «субстантивное» означает «сущностное». «То есть предполагается, что речь на предстоящих переговорах пойдет об урегулировании карабахского вопроса, который представляет собой «сущностный» вопрос в этой войне. Такие вопросы не решаются войной. Я смотрел литературу, у нас условно только один успешный случай за весь длительный период подобного рода конфликтов после Второй Мировой войны — это захват хорватами Сербской Краины. Во всех остальных случаях это длительные конфликты, которые находятся в замороженном состоянии, и к сожалению, иногда оттаивают», — сказал он корреспонденту «Кавказского узла».

Гольц отметил, что, хотя перемирие было объявлено, оно в итоге сорвалось. «Ничего не сказано (в соглашении) о том, каким образом такое перемирие должно контролироваться. Из опыта хорошо известно, что неслучайно же тогда, когда объявляют о прекращении огня, в зону вводятся нейтральные миротворцы. Только такой институт может гарантировать, что военные действия не вспыхнут в результате какой-либо провокации, поскольку мы понимаем, что взаимное доверие находится на нуле. Понятное дело, что это была попытка хоть как-то прекратить кровопролитие. При этом надо понимать, что при абсолютно стопроцентно расходящихся позициях сторон они ещё не дошли хотя бы до понимания необходимости компромисса», — считает он.

Гольц предположил, что в соглашении могла быть какая-то непубличная часть, однако она не выразилась к конкретных решениях. «Чтобы выработать нынешнее соглашение, достаточно было бы минут 15. Я думаю, что все остальное время заняла непубличная часть и обсуждение каких-то субстантивных вопросов. По которым не был решений», — подытожил Гольц.

Конкретные параметры режима прекращения огня только предстоит согласовать

Подписанный в Москве документ является всего лишь заявлением глав МИД Азербайджана, Армении и России, который декларирует намерения о достижении прекращения огня, считает военный аналитик, бывший сотрудник информационного-аналитического управления Минобороны Азербайджана Азад Исазаде. Поэтому, по его мнению, в заявлении и указано отдельно, что «конкретные параметры режима прекращения огня будут согласованы дополнительно».

«Говоря о параметрах режима прекращения огня, следует понимать определения условий и сроков перемирия с целью обмена телами погибших и пленными. Такое соглашение может быть подписано военными – либо министрами обороны, либо начальниками генштабов. Соглашение должно предусматривать прекращение стрельбы на какое-то определенное время. С учетом того, что бои шли на обширной территории и частично на горно-лесистой местности, поисковые работы могут потребовать нескольких дней, а то и недель с учетом ожидаемого ухудшения погодных условий», — сказал Исазаде корреспонденту «Кавказского узла».

На вопрос, какая международная структура может контролировать соблюдение перемирия при обмене телами погибших и военнопленными, Исазаде сказал, что, поскольку в регионе нет военных миротворцев, контролировать процесс будет Международный комитет Красного креста. По его словам, из-за ограниченных возможностей МККК, скорее всего, сбор тел погибших будет проводиться поэтапно по отдельным участкам.

По его мнению, представители МККК разместятся между сторонами, и невооруженные военные, перейдя на контролируемую противоположными сторонами территории, начнут собирать тела погибших. Возможно, где-то стороны сами будут собирать тела погибших военных противника и взаимно передавать друг другу.

«В первую Карабахскую войну (1991-1994 годы) соглашения об обмене пленными и телами погибших заключались даже на уровне командиров батальонов. В то время стороны сами собирали тела и на определенном участке передавали друг другу, прибывая к пункту без оружия. И, как правило, они соблюдались без инцидентов. Если такое было возможно между полевыми командирами, то почему бы не обеспечить это на высоком военном уровне», — отметил Исазаде.

Читать так же:  Вячеслав Битаров: Нельзя допустить вспышки заболеваемости в сельских населённых пунктах

На вопрос, присутствует ли в зоне конфликта постоянная мониторинговая миссия ОБСЕ, эксперт ответил, что в регионе еще с 1990-х годов присутствует делегация Личного представителя действующего председателя ОБСЕ под руководством Анджея Каспршика, но она состоит из нескольких полевых офицеров. «Эта миссия проводила два-три раза в месяц мониторинг на разных участках фронта, однако к их прибытию стороны, как правило, соблюдали режим прекращения огня. Ее мониторинг был скорее символичным и служил напоминанием о посредничестве ОБСЕ», — сказал Исазаде.

Что касается пункта заявления трех глав МИД о «субстантивных переговорах», то, по мнению Исазаде, этот термин буквально означает «ведение переговоров по существу». «То есть он предполагает, что переговоры не должны сводиться только к соблюдению режима прекращения огня, а должны предполагать вопросы урегулирования конфликта. Одним из составляющих процесса урегулирования конфликта является вывод армянских войск с оккупированных территорий Азербайджана. Поэтому в рамках гуманитарного перемирия по обмену пленными и телами погибших могут одновременно вестись и так называемые «субстантивные переговоры», то есть составлен график последовательности вывода оккупационных войск, последующего возвращения перемещенных лиц, восстановления коммуникаций и других вопросов. Если не будут решены эти вопросы, то любое прекращение огня будет временным», — сказал Исазаде.

Устойчивый режим прекращения огня вряд ли установится

Депутат парламента Азербайджана, член политсовета «Республиканская альтернатива» Эркин Гадирли сомневается в долгосрочности перемирия. «Достижение долгосрочного режима прекращения не представляется реальным. Временное гуманитарное перемирие может быть, и это предусмотрено международным правом. Но устойчивый режим прекращения огня вряд ли установится. Это связано с системными фактами», — сказал он корреспонденту «Кавказского узла».

По его словам, «резкое изменение ситуации на линии фронта отменяет режим, установленный Бишкекским протоколом, основанный на других военных реалия». «Азербайджанская армия вошла в пределы бывшей Нагорно-Карабахской автономной области (НКАО). Вдобавок азербайджанские военные взяли Муровский хребет и получили возможности контролировать обширные территории. Армяне будут стараться выбить нас за пределы бывшей НКАО. Азербайджанская же армия будет стараться развить успех и углубиться на территорию бывшей НКАО. Если после десятичасовых переговоров в Москве был принят документ, состоящий уже из набивших оскомину формулировок, это показывает, что стороны не смогли договориться по принципиальным вопросам. Ракетная атака по мирным жителям Гянджи стал ударом не только по мирному городу, но и самому перезапускаемому мирному процессу», — сказал Гадирли.

Минская группа ОБСЕ и Россия оказались соавторами Бишкекского протокола, подписанного 5 мая 1994 года в столице Киргизии Бишкеке. На основании этого документа участниками конфликта была достигнута договоренность о прекращении огня, действующая по сей день, говорится в материале «Общие сведения о Нагорном Карабахе» на «Кавказском узле».

Красный крест готов помочь с обменом телами погибших и задержанными

Международный комитет Красного Креста (МККК) заявил о готовности оказать посредничество в обмене телами погибших и удерживаемыми лицами.

«Международный комитет Красного Креста (МККК) приветствует соглашение о прекращении огня в гуманитарных целях в связи с эскалацией нагорно-карабахского конфликта и готов, в своей роли нейтрального посредника, содействовать передаче тел погибших, в действии и одновременное освобождение задержанных», — говорится в пресс-релизе головного офиса организации.

«Мы надеемся, что это соглашение поможет семьям обрести мир после нескольких недель тяжелых боев», — подчеркивается в сообщении ведомства.

МККК напомнило, что поддержало стороны в проведении аналогичных операций во время апрельского обострения 2016 года.

«В то время в результате совместных усилий по налаживанию хорошей координации тела всех жертв были возвращены их семьям, и никаких новых имен не было добавлено в список пропавших без вести, который охватывает более 4500 человек с начала конфликта в 1992 году. МККК неоднократно помогал властям в проведении подобных операций в связи с нагорно-карабахским конфликтом с 1992 года», — сказано в сообщении.

В Бакинском представительстве МККК также сообщили корреспонденту «Кавказского узла», что сроки обмена задержанными и телами погибших должны определять сами стороны.

Сейчас стоит задача прекратить войну

Субстантивные переговоры по урегулированию карабахского конфликта не ведутся с 2010-2011 годов, заявил корреспонденту «Кавказского узла» директор Института Кавказа, политолог Александр Искандарян.

Он отметил, что в последний раз конфликт пытались урегулировать в Казани, однако, по его словам, посредникам тогда не удалось добиться успеха из-за фактического отказа Алиева.

«С тех пор переговоры ведутся, и достаточно проследить за темами, которые обсуждаются за переговорным столом, чтобы понять, что расширение мандата группы Каспршика, внедрение системы расследования инцидентов нарушения перемирия, повышение мер доверия – это все не урегулирование конфликта. Посредники занимались менеджментом конфликта. Субстантивные переговоры – это переговоры, как урегулировать карабахский конфликт. Но этого нет, потому что позиции сторон диаметрально противоположные, и нет общих точек соприкосновения для переговоров», — подчеркнул Искандарян.

Читать так же:  Жители Чечни раскритиковали силовиков за публичное порицание задержанных

Политолог считает, что после окончания войны ситуация с переговорами станет хуже, так как сторонам будет еще сложнее говорить о каких-либо компромиссах. «А субстантивные переговоры – это готовность к компромиссам с двух сторон. Поэтому до субстантивных переговоров чрезвычайно далеко. Можно возобновить переговоры и начать диалог, но прийти к чему-то сейчас, мягко говоря, сложно. Для того, чтобы о чем-то подобном разговаривать, нужно, прежде всего, остановить войну. Пока что речь идет о гуманитарной акции, обмене погибшими и военнопленными […] И наступила новая ситуация, когда война включена в процесс переговоров, и боевые действия стали одним из инструментов переговоров. Это ситуация достаточно новая для этого конфликта», — пояснил он.

Какого-либо контроля над соблюдением условий соглашения о гуманитарном перемирии нет, добавил Искандарян. «Сейчас стоит задача остановить войну. Удастся или нет — сказать сложно, так как это зависит не от усилий международного сообщества, а от хода боевых действий», — сказал политолог.

Пока не установлено гуманитарное перемирие, о субстантивных переговорах говорить нельзя

Исполнительный директор Международного центра человеческого развития, политолог Теван Погосян считает, что пока не установлено гуманитарное перемирие, ни о каких субстантивных переговорах говорить нельзя.

«Рано или поздно начнутся субстантивные переговоры, которые с точки зрения армянских сторон заключаются в статусе Арцаха (Нагорного Карабаха) и вопросах его безопасности. Но чтобы начались переговоры, должны быть условия. В соглашении от 10 октября прописано, что нужно установить гуманитарное перемирие, сформировать диверсификационные механизмы. Нужна ситуация, когда внимание стороне будет не на фронте, а на главных вопросах. И Арцах (Нагорный Карабах) должен участвовать в переговорах», — заявил он корреспонденту «Кавказского узла».

По его мнению, то, что сейчас происходит, это не только проблема конфликта. «Это многоуровневая проблема. Первое — идет прокси-война между Россией и Турцией. И второе — это угроза терроризма. Если ее не удастся ликвидировать, она станет постоянной проблемой. Все эти вопросы нуждаются в отдельном решении. Посредники делают все, чтобы достичь перемирия с гуманитарной компонентой, дальнейшей диверсификации и формирования атмосферы доверия. Но Азербайджан при давлении Турции выдвигает условие, чтобы Турция участвовала в урегулировании конфликта, тогда как в соглашении от 10 октября четко написано, что изменения формата не будет. Сопредседатели должны зафиксировать, что Азербайджан не желает начать переговоры, и оказать давление на Азербайджан и Турцию вплоть до применения санкций», — считает Погосян.

О вовлечении наблюдателей за соблюдением условий соглашения можно говорить после установления гуманитарного перемирия, добавил политолог.

Красный крест поддерживает диалог со всеми сторонами конфликта

Руководитель коммуникационных программ делегации МККК в Армении Зара Аматуни подтвердила готовность Красного Креста содействовать в гуманитарной операции.

«Но для этого необходимо соблюдение условий гуманитарного перемирия и гарантии безопасности, чтобы Красный Крест смог помочь сторонам осуществить обязательства взятых ими в рамках международного гуманитарного права. Гарантии безопасности нужны для команд, которые будут работать с двух сторон», — заявила она корреспонденту «Кавказского узла».

Представитель армянского офиса МККК отметила, что организация поддерживает диалог со сторонами конфликта. «Уже начали обсуждать формат и рамки, в которых мы будем действовать. Они должны быть строго обговорены со сторонами. Мы в данной ситуации выступаем как посредник, который будет обеспечивать техническую и организационную поддержку», — пояснила Аматуни.

Продолжение боев в Нагорном Карабахе обернется гуманитарным кризисом, поэтому стороны конфликта и мировое сообщество в целом должны обеспечить начало мирных переговоров, заявили участники миротворческих инициатив на Южном Кавказе. «Если немедленно не остановить военные действия, это приведет к разрастанию зоны нестабильности на всем Кавказе и к очередному гуманитарному кризису», — говорится в обращении.

Существующие инструменты и механизмы урегулирования Карабахского конфликта не смогли предотвратить военную эскалацию. Не удалось обеспечить соблюдение режима прекращения огня, не говоря уже о заключении перемирия. К сожалению, не было приложено достаточных усилий к объективному расследованию приграничных инцидентов, не были даны четкие оценки провокационным решениям, не использовался в необходимом объеме международный арсенал средств для стимулирования конфликтующих сторон к принятию мирных решений, говорится в обращении, которое к 13 октября подписали 98 человек.

«Мы призываем все стороны, в том числе, мировое сообщество принять решительные меры для того, чтобы боевые действия были прекращены и начался новый этап переговорного процесса», — говорится в документе. 

«Кавказский узел» ведет хронику боевых действий в сентябре-октябре. В разделе «Справочник» на «Кавказском узле» размещены справки «Общие сведения о Нагорном Карабахе» и «Кто же все-таки признал Карабах?»

Автор: Рустам Джалилов, Фаик Меджид, Тигран Петросян;
источник: корреспонденты «Кавказского узла»

Источник

Оцените статью
Владикавказ-News - новостной портал
Добавить комментарий