Право не видеть концентрированного горя

Общество


В сети осуждают женщину, попытавшуюся выгнать инвалидов с детской площадки.

Фото: Кадр видео

В сети осуждают женщину, попытавшуюся выгнать инвалидов с детской площадки. Опять. Интересно, в который уже раз?

Так, сейчас посчитаем: дважды били ногами бездушных жителей столицы и Красноярска, требовавших не устраивать на первых этажах домов реабцентры для детей-инвалидов, дважды злобно порицали москвичек, собиравших подписи против сдачи квартир в подъездах под «хостелы» онкоцентров (жильцы в таких квартирах меняются, но все они раковые больные).

Потом в Екатеринбурге жильцы подъезда протестовали непосредственно против частного хосписа в четырехкомнатной квартире на лестничной клетке: мол, старики кашляют и умирают, а вдруг у них туберкулёз.

Потом жители одного московского района не отдали свою детскую площадку под стадион для детей-даунов ( подробности тут ), чтобы самим ходить туда по расписанию… Ну, и по мелочи: в Нижнем шашлычник попытался выгнать из-за прилавка кафе сестру Водяновой с глубокой УО (умственной отсталостью) , в Москве родители «выживали» сидевшую на уроках класса дочь учительницы с синдромом Дауна.

В каждом случае общественность кричала, что протестующие против инвалидов в своём доме-подъезде-классе — фашисты, а пранкеры-журналисты снимали издевательские видео про немолодых женщин, иррационально боящихся заразиться от соседей раком, затравленный шашлычник плакал слезами. Добро оно такое — с кулаками.

И вот те же на манеже, теперь в Санкт-Петербурге.

Женщину уже обозвали «космической тварью» и «фашисткой» за то, что наехала на подопечных центра аутистов «Какая разница», которые испугали ее ребенка на придомовой площадке.

Следственный комитет начинает проверку действий нетолерантной скандалистки. Сеть полна гнева, как карманы дурака фантиками…

И мне, как всегда, кажется, что я одна здесь нормальная.

Люди, вы аутистов-то видели? Я видела.

Это глубокое умственное отклонение, психиатрический диагноз, больные мычат, часто не разговаривают, раскачиваются, бывают агрессивны. Недавно в Москве мальчик-аутист выкинул из окна новорождённую сестру, ребёнок погиб. Следом в печати появились откровения несчастной родительницы одного из таких детей: «Молоденькую учительницу сын исщипал, она стала рыдать и рыдала несколько часов, не могла остановиться», «Невозможно предугадать, что вызовет недовольство ребёнка: папа зашёл в туалет, и сын его не видит, мы с бабушкой зашли в комнату, где сын ест — сразу щипки. Я терплю, а 80-летняя бабушка плачет: «Что я тебе сделала?» Мне ещё повезло, а у моей подруги нет уха: сын-аутист откусил» (пересказ близко к тексту, ссылку на иноагентов, при желании, найдёте сами). Это к тому, что испугаться ребенок скандалистки мог легко (что там было на самом деле, неизвестно, предысторию скандала оскорбленные предусмотрительно не выложили). Но я не об этом.

Читать так же:  Компания Apple представила новую расцветку смартфона iPhone 12

Нельзя не заметить, что конфликты происходят только с организациями, а не с отдельными инвалидами. Жильцы жалеют заболевшего соседа, таскают его на носилках в «скорую» — но не хотят и боятся иметь в доме хоспис с нескончаемым потоком умирающих чужих. Никому не придёт в голову всем районом выгонять с площадки одного «особенного» ребёнка — но митинги против детских реабцентров собираются уже регулярно.

Исключения — случаи шашлычника-Водяновой и девочки-дауна в классе — это просто ситуации навыворот: там как раз больные помешали деятельности организаций.

Так, может, вместо негодования — совершенно бесполезного, потому что ситуации все повторяются — прислушаться к людям и услышать их? Просто по-человечески: разве их эмоции не понятны?

Тяжёлый психиатрический или онкологический диагноз — это глубокое горе, всегда, люди, с которыми оно случилось, проходят стадии принятия, семьи с такими детьми часто распадаются, высок риск суицида.

И вот в одном месте концентрируются сорок таких трагедий. Сорок диагнозов, сорок «не повезло», сорок «надежды рухнули, надо следить, чтобы сын не выкинул с балкона новорождённую сестру», сорок семей с содранной кожей. А обыватели в своём доме хотят просто жить, отдыхать после тяжелой работы, получить кусочек семейного счастья: вкусный ужин, поцелуй ребёнка, улыбки на детской площадке. Противоречие, однако.

Я бы ввела понятие «право не видеть концентрированного горя».

Да, в мире много горя: существуют психо-неврологические интернаты для неизлечимых опасных больных, дома престарелых с не могущими себя обслуживать стариками, лепрозории, да просто обычные стационары с обязательными зданиями моргов во дворах.

Ни одна из этих важных и необходимых организаций не может располагаться в жилом секторе, жилом подъезде, и вовсе не только из-за инфекции, а тупо чтобы беречь психику обывателей.

Но это мудрое правило почему-перестаёт действовать в отношении частных, общественных или коммерческих центров. Их организаторы, родители инвалидов не виноваты — снимают помещения там, где могут, — но и обыватели не виноваты. Отстаивают своё право не захлебываться в чужой беспросветности.

Читать так же:  Партнеры Медиагруппы "Патриот" соберутся на брифинге "От Калининграда до Владивостока"

И здесь, похоже, нужно вмешаться регулятору — государству. Конкретно написать законы о запрете размещения спорных, провоцирующих конфликты организаций в жилых домах и предоставлять им для аренды отдельно стоящие здания. Но это, конечно, если на наши нервы вышестоящим властям не наплевать.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

«Почему их лишают радости, доступной всем»: Наталья Водянова вступилась за детей с аутизмом, которых жена бизнесмена выгоняла с детской площадки

Петербурженка, устроившая скандал, уверена, что таких детей должны держать «на карантине и прочей хрени» (подробности)



Источник

Оцените статью
Владикавказ-News - новостной портал